«Тиражи книги о Валиевой будут исчисляться миллионами». Итальянский фигурист сравнил ее возвращение с Рождеством
25 декабря официально завершилась дисквалификация Камилы Валиевой. За время вынужденного перерыва олимпийская чемпионка командного турнира успела сменить тренерский штаб и сейчас, по словам близких к ней людей, настроена максимально серьезно: цель — снова вернуться на вершину мирового фигурного катания.
Ожидание ее разбана оказалось не только российской историей. Одним из тех, кто особенно эмоционально отреагировал на новость, стал один из сильнейших фигуристов Италии Кори Чирчелли. Под постом Камилы о возвращении он оставил комментарий на русском языке, а затем подробно объяснил, почему ее судьба для него так важна.
«Она была феноменом еще в юниорах»
— В своих соцсетях ты очень ярко отреагировал на то, что дисквалификация Камилы закончилась. Почему это событие так много для тебя значит?
— Для меня в этом вообще не нужно долго разбираться. Камила была и остается величайшей фигуристкой в истории женского одиночного катания. Я помню ее еще по юниорским соревнованиям. Тогда о Валиевой говорили буквально везде, в любой стране. Мне постоянно пересказывали истории про нереальную девочку, которая делает элементы, недоступные никому больше. Уже с юниорских лет я начал следить за каждым ее стартом.
«Иногда казалось, что это какой‑то фейк»
— Твои ожидания оправдались, когда она вышла на взрослый уровень?
— Полностью. Порой казалось, что все происходящее нереально. Ее катание выглядело настолько близко к совершенству, что мозг отказывался верить. Это был настоящий ангел, который спустился в мир фигурного катания. И меня до сих пор разрывает от злости и боли, когда вспоминаю, что с ней произошло на Олимпиаде в Пекине.
«В кофейне казалось, что мир остановился»
— Помнишь момент, когда всплыла допинговая история?
— Тогда я жил в Северной Америке. Этот день отпечатался буквально поминутно: мы сидели с другом в кофейне, и вдруг все вокруг начали говорить только о Камиле. Телешоу, новостные программы — все сбились с привычного графика и переключились на одну тему. Было ощущение, что мир замолчал, а из суперзвезды в одночасье сделали главного злодея планеты.
— О чем ты думал в те часы?
— Это было чудовищно. Я не мог понять, как взрослые люди могут такое устроить с 15‑летней девочкой. При этом меня невероятно впечатлило, как сама Камила вела себя в той ситуации. Она не позволила себе ни одного резкого слова в адрес тех, кто писал о ней ужасные вещи, не перешла на обвинения, хотя поводов хватало.
«Я сомневался, что кто‑то вообще сможет вернуться после такого»
— Верил ли ты тогда, что после всей этой истории она еще успеет вернуться?
— Честно? У меня были огромные сомнения. Было уже много примеров российских суперзвезд, которые говорили о возвращении, но в итоге так и не находили в себе сил вернуться на прежний уровень. Но Камила, судя по тому, что мы видим сейчас, действительно настроена снова выступать внахлест, на самом высоком уровне. Это история, которая вдохновляет. Хочется верить, что однажды о ней снимут фильм или напишут книгу. И тиражи этой книги будут исчисляться миллионами — в этом я уверен.
«Встреча в Куршевеле, которую я не забуду никогда»
— Вы часто пересекались с Камилой лично?
— Всего один раз. Это было в Куршевеле: мне тогда было 16 лет, ей — 13. Не знаю, помнит ли она об этой встрече, но я — точно. Для меня это был момент, который навсегда остался в памяти. У меня до сих пор хранится фотография с того дня.
— Вы поддерживали общение потом?
— Я не могу сказать, что мы друзья. Скорее, я был фанатом, который время от времени писал ей сообщения. Несколько раз отправлял ей свои попытки четверных, отмечал ее в постах. Я учился совершать четверные прыжки, внимательно разбирая ее технику — по сути, она была для меня учебником по ультра-си.
Лайк от Валиевой — как личный небольшой праздник
— Недавно она выложила пост о возвращении, и ты оставил комментарий по‑русски, который она лайкнула. Что ты почувствовал?
— Даже неловко говорить, насколько меня это порадовало. Было очень приятно осознать, что она увидела мои слова и нашла время отреагировать. В тайне надеялся, что и другие фигуристы тоже публично поздравят ее, но все это случилось в день католического Рождества, и у многих были свои планы, свои семейные истории.
«Для нас это было двойное Рождество»
— Как на ее возвращение отреагировали твои знакомые в фигурном катании?
— Со своим близким другом Николаем Мемолой мы обсуждали это буквально месяцами. Ждали 25 декабря как особый день. И когда дисквалификация официально закончилась, для нас это было будто второе Рождество. Настолько важным казалось возвращение Камилы — не только как спортсменки, но и как символа целой эпохи в фигурном катании.
— А как реагируют в целом в Италии?
— Здесь все тоже в ожидании. Женское одиночное катание последние годы развивается не так стремительно, как во времена, когда на международной арене доминировали российские юниорки и молодые взрослые. И очень многие хотят снова увидеть Валиеву на международных стартах. Людей шокирует, что прошло уже почти четыре года. Время пролетело — все до сих пор обсуждают ее прокаты в Пекине так, как будто это было вчера.
Может ли Валиева снова стать главной звездой мира?
— Считаешь, у нее есть шанс снова вернуться в статус мировой суперзвезды?
— Более чем. Новый возрастной ценз полностью поменял женское катание. Эпоха тотального доминирования мультиквадов от Трусовой, Щербаковой и Валиевой, скорее всего, останется в юниорском сегменте. На взрослом уровне сейчас лидеры делают куда меньше четверных. На шоу все видели, что с тройными прыжками у Камилы абсолютный порядок. По качеству она по‑прежнему превосходит практически всех.
— Веришь, что она вновь начнет прыгать четверные?
— Я думаю, если она сама этого захочет, то вполне способна вернуть четверной тулуп. Насчет акселя и сальхова я уже не настолько уверен — нужно понять, как меняется ее тело, сможет ли она выполнять их на взрослом возрасте с прежней стабильностью и безопасностью. Но и без этого Камила способна стабильно побеждать, исполняя только тройные прыжки. Взять хотя бы пример Алисы Лю: она выигрывала финал Гран‑при и крупные турниры без каскада из четырех четверных. Поэтому я от всей души желаю Камиле удачи и мудрого выбора — и по технике, и по программам.
«Мы сидели в раздевалке и смотрели чемпионат России»
— Ты действительно так внимательно следишь за российским фигурным катанием?
— Да, я стараюсь быть в курсе почти всего, что там происходит. Например, за последним чемпионатом России я следил очень внимательно. Он шел ровно в то же время, что и чемпионат Италии. И в раздевалке, уже после наших прокатов, мы вместе с Даниэлем Грасслем и Маттео Риццо сидели с телефонами и смотрели выступления российских фигуристов — и девочек, и мальчиков.
— То есть российский чемпионат для вас — это обязательный просмотр?
— Для многих — да. Уровень женского катания в России все еще остается эталоном с точки зрения техники и конкуренции. Даже в условиях, когда российских спортсменов не допускают на международные старты, внутри страны идет сумасшедшая борьба. Нам очень интересно наблюдать, кто вырастает, кто переходит во взрослый спорт, какие тренерские штабы выходят вперед.
Итальянский взгляд на российскую школу
Чирчелли признается, что для него российская школа фигурного катания — один из главных ориентиров. Он вспоминает, как в юности пересматривал прокаты Евгения Плющенко, разбирал шаги, прыжки, дорожки. По его словам, именно российские фигуристы задали тот уровень сложности, к которому весь остальной мир до сих пор пытается подтянуться.
— В Италии многие мальчишки росли, глядя на Плющенко. А когда появились Трусова, Щербакова, Валиева, то уже новое поколение девочек стало мечтать прыгать четверные, как они. Для нас это источник мотивации. Да, сейчас политическая ситуация такова, что мы редко пересекаемся на стартах, но уважение к их мастерству никуда не девается, — говорит Кори.
Миланская Олимпиада и надежда увидеть россиян
Отдельная тема для Чирчелли — Олимпийские игры в Милане и Кортина‑д’Ампеццо. Итальянец признается, что мечтает увидеть там сильнейший состав, включая российских фигуристов.
— Для итальянского болельщика будет огромным подарком, если к Олимпиаде допустят всех сильнейших. Я бы очень хотел, чтобы зрители увидели, к примеру, обновленную версию Камилы Валиевой — взрослую, более опытную, с новыми программами. И было бы здорово, если бы она вышла на лед без этого груза несправедливости, который тащила за собой в Пекине, — отмечает Кори.
Он подчеркивает, что присутствие спортсменов калибра Валиевой поднимает статус всего турнира: конкуренция становится жестче, а уровень исполнения — выше.
Что ждет Валиеву после разбана
Сейчас вокруг Камилы формируется новый этап ее карьеры: смена тренерского штаба, пересборка технического контента, поиск программ, которые подчеркнут взросление и личную историю, которую она прожила за эти годы.
Специалисты отмечают, что ей необходимо найти баланс между прежней сложностью и безопасностью. Организм 19‑летней спортсменки уже не тот, что у 15‑летней девочки в Пекине, а травмы в женском фигурном катании нередко становятся критическими. При этом у Валиевой остается то, чего нельзя «поставить» за пару сезонов: уникальное чувство льда, мягчайшая скольжка, музыкальность и способность эмоционально держать зал.
Вопрос также в том, как будет выстроен ее график стартов. Возможно, на первом этапе ей стоит сосредоточиться на внутренних турнирах, постепенно наращивая сложность, а не сразу стремиться к максимуму ультра-си.
Почему история Валиевой выходит за рамки спорта
История Камилы для многих болельщиков и спортсменов, как показывает пример Чирчелли, — уже давно не только про медали и протоколы. Это символ испытания системы, отношения к подросткам в большом спорте, давления медиа и политики.
Любая ее следующая победа — это не просто сумма GOE и компонентов, а своего рода личная реабилитация в глазах тех, кто верил в нее с юниорских времен. Именно поэтому столько людей по всему миру ждали 25 декабря как особый день. И потому в словах итальянского фигуриста сравнение с Рождеством звучит не как красивая метафора, а как честное определение: в этот день для них вернулась та самая Камила, с которой когда‑то начиналась целая эпоха женского фигурного катания.