Губерниев раскритиковал позицию Овечкина по новому тренеру в КХЛ: «Мы что, свалка кадров? Я бы такого специалиста не взял»
Российский телекомментатор и советник министра спорта России Михаила Дегтярева Дмитрий Губерниев жестко высказался о назначении нового главного тренера в КХЛ и о поддержке этого решения Александром Овечкиным.
17 января главным тренером клуба КХЛ «Шанхай Дрэгонс» стал 41‑летний канадский специалист Митч Лав. До этого он работал в НХЛ в системе «Вашингтон Кэпиталз», где с 2023 года занимал пост помощника главного тренера. Однако его карьера в заокеанском клубе завершилась скандалом: в сентябре 2025 года Лава отстранили от работы, а спустя месяц уволили по итогам внутреннего расследования, проведенного на фоне обвинений в домашнем насилии.
Перед тем как утвердить Лава, руководство «Шанхая», по данным СМИ, консультировалось с нападающим «Вашингтона» Александром Овечкиным. Российский форвард якобы однозначно поддержал кандидатуру канадца и сказал, что при наличии возможности пригласить такого специалиста ею нельзя пренебрегать.
На этом фоне у Дмитрия Губерниева поинтересовались, насколько подобное назначение человека, фигурировавшего в деле о домашнем насилии, бьет по репутации КХЛ и лиги в целом.
«Этот вопрос в первую очередь нужно адресовывать владельцам клуба. Лично я такого человека на работу, естественно, не позвал бы, — подчеркнул Губерниев. — Мы что, помойка какая‑то, куда можно свозить всех, у кого проблемы с законом? Каждый раз, когда к нам приезжают сомнительные персонажи с тяжелым прошлым, это бьет по имиджу и лиги, и нашего спорта. С учетом его бэкграунда история выглядит, мягко говоря, странно. Я бы не стал его приглашать. Но сейчас ответственность берет на себя именно клуб и его руководство. Они видят ситуацию так — это их право. Как говорится, своя рука — владыка».
При этом позиция Губерниева фактически вступает в прямое противоречие с оценкой Александра Овечкина, который, по сообщениям, не увидел препятствий для приглашения Лава и даже рекомендовал не упускать шанс заполучить такого тренера. По сути, возникает ценностный конфликт: для звезды НХЛ в приоритете спортивные качества специалиста, в то время как Губерниев делает акцент на репутации и моральной стороне вопроса.
История с назначением Лава поднимает гораздо более широкий пласт проблем — от этики в профессиональном спорте до репутационных рисков для российских клубов и лиг. В мировой практике случаи, когда талантливые специалисты или игроки оказываются замешаны в скандалах, связанных с насилием или нарушением закона, нередки. Многие клубы вынуждены балансировать между сиюминутным спортивным результатом и долгосрочными репутационными потерями.
КХЛ и так часто критикуют за приглашение игроков и тренеров с непростым прошлым, и каждое подобное назначение становится поводом для обсуждений: где проходит граница допустимого? Можно ли, исходя из принципа презумпции невиновности, закрывать глаза на скандальное досье, если расследование завершено и юридических препятствий для работы нет? Или лига, претендующая на статус серьезного и уважаемого турнира, обязана сама устанавливать более высокую планку отбора?
Губерниев, судя по его словам, выступает за более жесткий подход: для него важно не только наличие или отсутствие формального приговора, но и общий «шлейф» вокруг человека. Подобная точка зрения в современном спорте набирает популярность: клубы и лиги все чаще думают не только о статистике и титулах, но и о том, что скажут болельщики, спонсоры, партнеры, как это отразится на восприятии бренда и на ценностях, которые транслирует организация.
Ситуацию дополнительно обостряет фактор Овечкина. Это не просто звезда НХЛ, а фигура, которая для российского хоккея является символом целого поколения. Его рекомендация в пользу Лава автоматически придает истории дополнительный вес. Фактически выходит, что один из самых влиятельных российских хоккеистов поддерживает специалиста, уволенного после расследования по обвинениям в домашнем насилии. Для части общественности это может выглядеть как сигнал: «результат важнее, чем вопросы морали». Именно поэтому комментарий Губерниева звучит особенно резко — он как бы отрезает: «я бы так не сделал и так не считаю».
Не стоит забывать и о другой стороне вопроса: в профессиональной среде нередко звучит аргумент о праве человека на вторую попытку. Если обвинения не переросли в судебный приговор или если человек уже понес наказание, некоторые считают, что ему можно дать шанс вернуться в профессию. Но даже при таком подходе клубы, как правило, действуют крайне осторожно, понимая, что общественное мнение в подобных историях часто важнее официальных формулировок.
КХЛ в этом контексте оказывается перед сложной задачей: ей нужно усиливать спортивный уровень, конкурировать за качественных специалистов с НХЛ и европейскими лигами, но при этом не становиться местом, куда везут всех, кого в Северной Америке или Европе готовы списать из‑за репутационных скандалов. Именно об этом, по сути, и говорит Губерниев, когда возмущенно спрашивает: «Что мы, помойка, что ли, какая‑то?»
Для самих клубов подобные решения всегда являются ставкой: если тренер добьется результата, часть шумa сойдет на нет. Но каждая неудача будет восприниматься особенно болезненно, а любой новый скандал — многократно усилен предыдущей историей. Например, если команда под руководством Лава провалит сезон или вокруг него вновь всплывут неприятные подробности, критика в адрес руководства «Шанхая» и, шире, КХЛ, будет в разы жестче.
Еще один важный аспект — реакция игроков и болельщиков. Для кого‑то прошлое тренера может стать поводом для внутреннего дискомфорта, особенно если в коллективе есть люди, болезненно относящиеся к теме домашнего насилия или насилия в целом. На трибунах тема тоже может вызывать резонанс: от баннеров и кричалок до бойкотов или публичных заявлений. В современных реалиях игнорировать эмоциональный фон вокруг таких фигурах становится все труднее.
История с Лавом и высказываниями Овечкина и Губерниева наглядно показывает, что спорт давно перестал быть только про голы и очки. Любое кадровое решение на высоком уровне — это уже и политический, и имиджевый, и этический шаг. И если звезды вроде Овечкина готовы смотреть на ситуацию через призму спортивной целесообразности, то публичные фигуры вроде Губерниева напоминают: у лиги и клубов есть ответственность перед обществом, и закрывать на нее глаза ради сильного тренера — выбор далеко не бесспорный.
В итоге в центре обсуждения оказываются не только Митч Лав и его прошлое, но и вопросы: какую систему ценностей транслирует КХЛ, где она проводит свои моральные границы и готовы ли ее представители — от тренеров до топ‑игроков — отвечать не только за результат на табло, но и за тех, кого они поддерживают и рекомендуют.