Заслуженный тренер России Этери Тутберидзе в большом разговоре подвела итоги финала Гран-при, оценила выступления своих спортсменов и коснулась сразу нескольких острых тем — от переходов фигуристов до отношения к ультра-си и турнирам шоу-программ.
О финале Гран-при и паре Бойкова/Козловский
По мнению Тутберидзе, победа Александры Бойковой и Дмитрия Козловского в финале далась им непросто, хотя итоговый результат может создавать впечатление уверенного превосходства:
Она призналась, что после чемпионата России ожидала более мощного ответа от Анастасии Мишиной и Александра Галлямова: те, по мысли тренера, должны были «подразозлиться» и выдать два максимально чистых проката. В таком случае Бойковой и Козловскому пришлось бы действовать на пределе — крутить четверной выброс безошибочно, кататься без единой помарки и выигрывать именно за счет сложности.
Однако Мишина и Галлямов, считает Этери Георгиевна, не справились с нервами и фактически сами отдали инициативу соперникам. В этой ситуации риск Бойковой и Козловского с четверным выбросом стал оправданным и логичным продолжением их линии на повышение сложности.
Отдельно тренер отметила работу Станислава Морозова с этой парой. По ее словам, Морозов крайне внимателен к деталям, «подтянул» именно парные элементы, заметно усилив подкрут, выбросы и общий темп катания. Бойкова и Козловский, по ощущениям тренера, стали кататься более агрессивно, с большей скоростью и азартом, и такая трансформация ее очень радует.
Зачем рисковать четверным выбросом
На вопрос, было ли верным стратегическим решением сохранять четверной выброс в программе, Тутберидзе ответила однозначно: она всегда за движение вперед. Если пара способна стабильно делать сложный элемент, нет причин от него отказываться.
При этом она жестко раскритиковала нынешнюю систему оценок. Тренера искренне удивляет, что четверной выброс сальхов оценивается в 6,5 балла, в то время как тройной лутц — в 6, а во второй половине программы и вовсе 6,6. Логики она в этом не видит: складывается впечатление, что правила искусственно отталкивают пары от четверных элементов, как будто цель — не усложнять программы.
Тутберидзе уверена: четверной выброс должен стоить порядка 10 баллов — только так риск будет компенсирован потенциальной выгодой. Сейчас же даже небольшой недочет — подставленная нога, степ-аут — практически обнуляет весь элемент, не давая спортсменам весомого преимущества. Тем не менее, считает она, четверной сальхов заметно украшает программу и создает принципиально иной уровень впечатления от проката. В статусе чемпионов России пара вполне может позволить себе подобный риск.
Даша Садкова: четверной есть, а голова не всегда выдерживает
Говоря о Дарье Садковой, тренер подчеркнула, что ее четверной прыжок по-прежнему — один из козырей. В финале она исполнила его очень достойно, на высокий плюс по надбавкам. Все дальнейшие ошибки, по оценке Этери Георгиевны, были связаны не с самим четверным, а с тем, что Даша пока не умеет полностью контролировать себя после выброса адреналина.
Когда спортсменка справляется с ультра-си, организм получает сильнейший эмоциональный и физический всплеск. Удержать концентрацию до конца программы ей пока сложно: где-то не хватает стабилизации, где-то «отпускается» внимание. Но тренер уверена, что со временем Садкова научится управлять этими состояниями.
Убирать четверные из контента, по мнению Тутберидзе, для Даши смысла нет — ошибки возникают уже на фоне общей неустойчивости программы, а не из-за конкретного сложного элемента. И даже в текущем виде ее набор элементов оказался достаточным, чтобы подняться на пьедестал. Это важный сигнал: потенциал у спортсменки есть, нужно только научиться доводить прокат до конца в одинаковой концентрации.
Алиса Двоеглазова и логика ультра-си
Отдельное внимание тренер уделила Алисе Двоеглазовой. Ее программы строятся вокруг очень сложного технического содержания: то, что многие фигуристки без ультра-си набирают за семь прыжковых элементов, Алиса способна собрать за пять — именно за счет четверных и сверхсложных комбинаций.
В финале она допустила падение, но до этого чисто выехала четверной тулуп. И даже с учетом ошибки ее контент остается крайне конкурентоспособным. В такой ситуации, пояснила Тутберидзе, когда фигуристка владеет ультра-си и выступает против соперниц, ограничивающихся более простой техникой, она объективно может позволить себе одну-две помарки и все равно претендовать на высокие места.
Отсюда и более общая мысль:
— тем, кто претендует на медали, без ультра-си уже практически не обойтись;
— тем, кто хочет просто красиво кататься и не ставит своей задачей постоянно бороться за пьедестал, можно развивать компоненты и артистизм, не фокусируясь на четверных.
Но если цель — вершина, сложные прыжки становятся не роскошью, а необходимостью.
Дина Хуснутдинова: смена группы и давление
Разбирая выступление Дины Хуснутдиновой, Тутберидзе связала ее ошибки прежде всего с переживаниями. По ее мнению, Дина очень хотела показать все, чему успела научиться после перехода, — и именно это внутреннее желание доказать свою правоту сыграло против нее.
За последнее время тренерский штаб значительно разогнал ее катание: скорость входа на прыжки стала выше, движения — резче. Но к новым ощущениям и рискам спортсменке нужно привыкнуть, позволить себе «раскататься» без излишнего зажима.
Тутберидзе отмечает у Хуснутдиновой хороший шаг и выразительное владение коньком. План — развивать именно это качество параллельно с усложнением техники. При этом тренер подчеркивает: Дина еще находится в процессе физического формирования, и специалисты будут внимательно следить за тем, как меняется ее тело и как это отражается на прыжках.
Почему пропуск финала Гран-при — не трагедия для Петросян
Отдельный блок разговора был посвящен Аделии Петросян. Тутберидзе категорично не согласна с тем, что пропуск финала Гран-при можно рассматривать как серьезную потерю для спортсменки.
Она напомнила, что изначально участие в этом старте даже не закладывалось в сезонный план. Как только стало известно, что Аделия едет на Олимпиаду, акценты сместились: главный приоритет — подготовка к Игр, а не дополнительный турнир, который чаще всего спортсмены пропускают после крупных стартов, чтобы восстановиться.
После тяжелого сезона, по словам тренера, фигуристу необходимо время, чтобы снять психологическое и физическое напряжение. И сейчас, наконец, Аделия тренируется без болевых ощущений, ее ничто не беспокоит. Тутберидзе предполагает, что многие прежние жалобы и дискомфорт были во многом следствием психоэмоционального состояния — постоянного стресса и тревоги.
Сейчас Петросян готовится к Кубку Первого канала. Тренер называет этот турнир более игровым, дающим возможность эмоционально выдохнуть, получить удовольствие от процесса и вспомнить, что фигурное катание — не только борьба за баллы, но и удовольствие от выхода на лед.
Как соперницы воспринимают отсутствие Аделии
Интересную ремарку Тутберидзе сделала о том, как участницы финала Гран-при относятся к отсутствию сильных соперниц. Она подчеркнула: без всякого неуважения к Аделии, но девочки, выступавшие в финале, вряд ли вообще вспоминали о ней во время турнира.
На таких стартах никто не выходит на лед с мыслью о конкретном сопернике. Главная задача — показать собственный максимум, реализовать то, что было наработано на тренировках. Внимание сконцентрировано на себе, а не на тех, кого нет в старт-листе.
Эта позиция отражает общий подход тренера: спортсмен должен в первую очередь соревноваться с собой — со своими прокатами, ошибками, усталостью, а не с фамилией в протоколе.
Подход к спорту: от Медведевой до нового поколения
В разговоре прозвучала и важная мысль о спортивной философии. Тутберидзе отметила, что особое умение получать удовольствие от соревновательного процесса, от самой борьбы и проживание каждого старта как ценного опыта в ее группе в полной мере было свойственно, пожалуй, только Евгении Медведевой.
Женя, по словам тренера, воспринимала соревнования как драгоценное время на льду, которым нужно наслаждаться. Это внутреннее спокойствие и радость от выступления помогали ей показывать высокий стабильный результат, даже когда давление было максимальным.
Сейчас многие юные фигуристки живут в условиях постоянного ожидания: от них ждут ультра-си, рекордов, побед, и не все умеют находить удовольствие внутри этого процесса. Одна из задач тренера — научить спортсмена не только прыгать четверные, но и психологически выдерживать нагрузку, не превращая каждый старт в мучительный стресс.
Ультра-си как неизбежность и как испытание
Важный мотив, проходящий через весь разговор, — отношение к ультра-си. Для кого-то это символ прогресса и борьбы за вершину, для кого-то — источник травм и эмоционального выгорания.
Тутберидзе смотрит на эту историю прагматично:
— если цель — медали крупнейших турниров, от ультра-си не уйти;
— если задача — просто достойно выступать и радовать публику, можно строить карьеру и без четверных.
Но каждый переход на новый уровень сложности требует колоссальной внутренней устойчивости. Прыжок — это не только техника, это еще и психика. Когда фигуристка понимает, что именно четверной может сделать ее чемпионкой или, в случае ошибки, отбросить назад, давление многократно возрастает. И здесь многое решает работа с тренером, умение выстраивать правильный соревновательный график и не загонять спортсмена в состояние постоянного страха.
Переходы, новые лица и конкуренция
Переходы спортсменов в другие группы, в том числе Никиты и Софии Сарновских, для Тутберидзе — привычная часть системы. Она рассматривает такие решения как естественный процесс: фигуристы ищут среду, которая лучше подойдет их характеру, амбициям, этапу карьеры.
Важно не драматизировать сам факт смены тренера. Гораздо важнее — что спортсмен делает после перехода: как он работает, как меняется его техника и компонентная часть, способен ли он адаптироваться к новым требованиям. Конкуренция между школами и тренерами в этом смысле только двигает спорт вперед: каждый старается сделать своих учеников сильнее, предлагает новые решения, усложняет программы.
«Русский вызов» и двусмысленность турниров шоу-программ
Турниры шоу-программ вроде «Русского вызова» для тренера — тема отдельная и непростая. С одной стороны, они дают фигуристам шанс показать себя без жесткого прессинга судейских протоколов, поэкспериментировать с образами, порадовать зрителя. С другой — возникает ощущение подмены: шоу начинает конкурировать по вниманию с классическим соревнованием, но при этом живет по иным правилам и критериям.
Когда оценивают не только технику, но и постановку, драматургию, образ, нередко субъективность выходит на первый план. Для тренера, привыкшего опираться на четкие технические стандарты, подобный формат может казаться несправедливым или даже унизительным, особенно если публичная оценка ее спортсменов или ее же подхода оказывается спорной.
Внутренний конфликт в том, что такие турниры с одной стороны расширяют рамки фигурного катания, превращая его в полноценное шоу, а с другой — размывают границы между спортом и зрелищем. И тренерам, и спортсменам приходится учиться жить в этой новой реальности, где не всегда побеждает тот, кто технически сильнее.
Впереди — работа, а не разговоры
Сквозь все высказывания Тутберидзе проходит одна мысль: любые обсуждения — про финал Гран-при, переходы, систему оценок, ультра-си или шоу-программы — в итоге упираются в каждодневную работу на льду.
Кто-то переходит в новую группу, кто-то учит четверной, кто-то восстанавливается после тяжелого сезона. Система может быть несовершенной, правила — спорными, турниры — неоднозначными, но главный критерий остаётся прежним: что фигурист делает на тренировке и как он реализует это в момент выхода на лед.
И пока одни спорят о справедливости оценок и формате турниров, другие просто продолжают кататься, падать, вставать и снова прыгать свои четверные — в надежде, что именно этот риск однажды приведет их к большой победе.